Стенограмма доклада, прочитанного 27 июня 1920 года в зале заседаний музея Лессинга в Берлине по приглашению Общества друзей и покровителей театроведческого института при Берлинском университете <!--[if !supportFootnotes]--> [1] <!--[endif]--> .

 

Значение публикуемого здесь документа столь очевидно для истории театроведения, что вряд ли есть необходимость обосновывать его публикацию.

До настоящего времени важный доклад Макса Германа «О задачах театроведческого института» мы знали лишь по двум коротким рефератам, напечатанным в журнале «Die Szene» (l920, № 8) и в «Theaterwissensehaftllehen Berichten» (lg. 1, .Jan. 1921, Bl. 1). Рукопись всего доклада хранилась у самого Макса Германа до тех пор, пока он непосредственно перед заключением в фашистский концентрационный лагерь Терезисиштадт не передал ее г-же доктору Рут Мевиус. Благодаря ее дружескому содействию стала в первую очередь возможной нынешняя публикация. При этом само собой разумеется, что рукопись печатается в том виде, в каком она дошла до нас: никакие восполнения пропусков и поправок ошибок в стенограмме не допускаются.

Для лучшего понимания научных исторических связей следует вспомнить о следующих обстоятельствах. Макс Герман, с 1900 года занимавшийся разработкой научно-теоретических принципов новой дисциплины, смог реально подойти к научно-организаторской стороне дела лишь после ноябрьской революции в Германии. В январе 1919 года он передал тогдашнему министерству культов соответствующую памятную записку <!--[if !supportFootnotes]--> [2] <!--[endif]--> . Дальнейшим развитием этих усилий явилась организация учеников Германа Бруно Т. Сатори-Пейманом 14 октября 1919 года при семинаре по германистике в университете «Академического общества театроведения». В совет этого общества входили известные ученые и художники, как, например, Макс Герман, Юлиус Петерсен, Макс Дессуар, Герман Pайx, Густав Эрисман, Георг Рихард Крузе, Юлиус Баб, Герберт Ойленберг, Бертольд Хельд.                                           

Наконец, 27 нюня 1920 года образовалось Общество друзей и покровителей театроведческого института при Берлинском университете, в которое вошли представители почти всех значительных театральных учреждений и число членов которого быстро возросло до двухсот. В совет этого общества входили, в частности, Герхардт Гауптман, Максимилиан Гарден, Леопольд Йесснер, Макс Рейнхардт, Макс фон Шиллингс, Оскар Бии, Франц Шрекер.

Перед собранием при основании Общества Макс Герман выступил с прилагаемым докладом.

 

 

Рудольф Мюнц,

профессор университета им. Гумбольдта в Берлине

 

 

 

Уважаемые дамы и господа!

 

Если здесь было произнесено слово доклад, то вы, несомненно, имеете дело с преувеличением. Нет ни времени, ни возможности, чтобы рассмотреть проблему исчерпывающе; поэтому нам приходится ограничиться лишь общими положениями о задачах театроведческого института.

Каждый академический институт имеет двойную задачу — практическую и символическую. Едва ли мне надо объяснять, в чем различие между ними.

Практическая задача начинается там, где устное слово коллеги не достигает цели, где аудитория не воспринимает его. В этих случаях студенту должен быть предложен семинар. И существование такого института, конечно, нужнее всего тогда, когда изучение специального предмета нельзя ограничивать лишь книгами, а необходимо привлечь материалы, признанные [...] <!--[if !supportFootnotes]--> [3] <!--[endif]--> . В этом смысле театроведение является ёмкой наукой, не ограничивающей себя лишь тем, что находится на поверхности. Поэтому необходим театроведческий институт.

Быть может, еще важнее символическая ценность института, основание которого с особой энергией подчеркивает его символический характер. Организации такого института тем важнее, что он должен выражать самостоятельный характер данной науки.

Этим стремлением должна быть преисполнена наша наука. Хочу сразу подчеркнуть, что театроведение достигнет равенства с другими науками, если станет экзаменационной дисциплиной. Самостоятельность должна быть достигнута причислением театроведения к дисциплинам, в которых в качестве главного предмета может быть принят докторский экзамен по философии.

Самостоятельность имеет значение и потому, что студентам не придется больше учить вещи, которые не имеют для них никакого значения. Правда, всегда имелись студенты, которые могли бы на своей визитной карточке написать «студ[ент] театров[едения]», но они были предоставлены сами себе, не зная, где приткнуться. Им недоставало того собственного места, начав с которого, они могли бы завершить свое образование. Тот, кто сегодня хочет заниматься театром, должен изучать немецкую филологию и учить готический и староверхненемецкий языки. Как высоко я ни чтил эти предметы в своей душе германиста, для тех, кто хочет заниматься театром, их изучение абсолютно бессмысленно. [...] для «Тейи» Зудермана не надо учить готического. Это должно быть изменено.

Тот, кто приходит в университет, должен иметь возможность ограничивать свои занятия теми дисциплинами, которые ему необходимы. Это символическое значение встречает отрицательное отношение многих факультетов к театроведению как к чему-то второсортному.

С другой стороны, театральные практики признают научную подготовку единственным критерием ценности. Но практикой нельзя ограничиваться. Школа   не имеет смысла [. . .]

Университет как таковой чрезвычайно заинтересован, чтобы такой институт, наконец, был создан. Следует признать, что наши университеты начинают терять связь с жизнью.

Если так обстоит дело с общей культурой, то тем ценнее по дарок, который теперь получает университет, и его нельзя недо оценивать. Эта наука, разработанная так, как должна быть разработана будущая наука, находится на живой границе между теорией и практикой. Синтез и анализ одинаково сильны. Живая наука вторгается в пыль наших университетов. Но для театра это столь же важно. Сегодня в театр приходят люди, воспитанные совершенно иначе, чем в прежние времена. Сюда приходят не только выученные, но и образованные люди. Ведь завершенное образование дает лишь университет. Его не может дать никакая специализированная школа. [...] Умение студента использовать гуманитарные знания никогда не сможет дать про­ фессионально специализированная школа.

Лишь включение в университет обеспечит театроведению его самостоятельное значение. При этом будут обогащаться и уни­ верситет, и театр, и — не будем упускать этого из виду, дамы и господа,— также культура. В наше время преобразований театр является фактором культуры, значение которого не опре­ делить в нескольких фразах.

Задача института состоит, прежде всего, в том, чтобы дать студенту в руки практический материал для упражнений. Во-вторых, в том, чтобы помочь этой науке обрести самостоятельность и развивать ее дальше.

Театроведческий институт имеет дело с театроведением, как наукой. Но мы должны понять сущность термина «театроведческая наука». Сначала мы должны понять и увидеть, что может эта наука.

«Театроведческая наука» – понятие новое, которое лишь перестает   быть   периферийным    и   еще   не   обрело   своего   центра. Театроведение настоящего и будущего должно пытаться   быть   подвижным, лишь примерно подводя к основному пункту.

Главным образом, надо иметь в виду одно: театроведение – это историческая и практическая дисциплина. Театральная исто­рия должна играть в нем большую роль. Все эти предпосылки наших наук восходят к старым периодам. Я далек от того, чтобы переносить главный акцент на историческую часть. История и практика соединены нерасторжимо. Прошлое, настоящее, будущее — эти понятия теснейшим образом связаны. Изучение живой действительности и будущего должно быть равно необходимо. Мы еще не пишем историю, а должны осмыслять и делать наглядным происходящее. Мы должны возродить к жизни утра­ченные выдающиеся достижения. Но чтобы добиться этого, необходимо владеть глубоким и всесторонним знанием современного театра. Лишь тот может понять произведения прошлого, кто владеет знанием настоящего. Ибо лишь настоящее полно жизни. Занятие практикой современного театра для историка необходимо. Эту связь мы должны считать совершенно обяза­тельной. С другой стороны, изучение истории театра имеет боль­шое значение для практиков.

Театроведение — это живой вывод из прошлого, соединенный с уроками сегодняшнего театра.

Театровед должен перевести произведения прошлого на язык сегодняшней жизни. Это предполагает владение древними языками. Если ставится старое произведение, театровед должен знать, при каких обстоятельствах и под влиянием каких побуж­дений оно написано, и как его в то время играли. Он должен, так сказать, владеть старым театральным языком, чтобы пере­вести произведение на язык своего времени.

Какое же место в этой живой театроведческой науке должна занять систематика? Какова цель семинаров? Какова цель самого образования?

Мы хотим подготовить того, у кого в руках будет все театральное дело — то есть театрального работника, театрального руководителя, «театрального служащего» в его самом благородном и высшем выражении.

Это образование мы хотим также дать театральным критикам и режиссерам.

Подумаем об искусствоведении и об искусствоведческом институте. Оставляя в стороне теорию, остается еще широкая область применения искусствоведения, например, подготовка будущих руководителей и сотрудником музеев. Для будущего руководителя музея имеют значение лишь вопросы художественные. Руководитель же театра должен иметь в виду вещи, которые никогда не придется иметь в виду руководителю музея. Разница заключается в том, что исходный пункт в театре — не только искусство.

В театре, кроме искусства [...]. Этим объясняется, что мы не можем ограничивать задачу театра постановкой драматических произведений. Эта задача перед театром также стоит. Но существовали и существуют еще сегодня театры без драматургии. Кроме связи театра с драматургией существуют весьма значительные самостоятельные элементы.

Этот первоначальный смысл театра я могу обозначить лишь очень кратко. Он состоит в том, чтобы театр был социальной игрой — игрой   всех   для   всех.   Игрой,   в   которой   все   являются участниками – и   участники и зрители.

Подражание действительности.

Комизм [...]. Совместное наслаждение музыкального и худо­жественного свойства.

Позднее из совместного [...], где зрители и актеры были равны, выделялись особые представители той и другой категории. Появился фактор публики.

Публика не должна отсутствовать. Роман может не иметь читателей. Точно так же и лири­ческое стихотворение. В театре все иначе. Публика является фактором, участвующим в игре. Можно сказать, что публика является творцом театрального искусства. Существует так много участников, создающих театральный праздник, что основной социальный характер не теряется. В театре всегда существует социальная общность. Этот пункт должен учитываться театроведением.

Театральная социология.      

Театральное право.

Одной из задач института, является научить рассматривать театр как дело. Знание театрального права является обязатель­ным для будущего руководителя театра.

Конечно, институт не может подготовить специалистов в этой области, но знание театрального права обязательно для будущего руководителя театра.

Театр в значительной степени зависит от денег.

Публика    также   является   неотъемлемым    фактором   театра.

Психология и воспитание публики. Здесь проявляется сущность театра.

Театроведческий институт далее будет иметь своей задачей воспитание будущего театрального критика. Ибо он призван воспитывать публику. До сих пор театральные критики почти ничего не понимали в своей специальности.

Забота о помещении, где находится публика.

Вентиляция [...]. Освещение [...].

Технические вопросы также должны быть подняты.

Должно быть обращено внимание и на строительное искусство. Руководитель театра должен знать, что к чему, в случаях, когда ему предстоит руководить постройкой театра. Он должен знать особенности театральных помещений.

Теперь мы подходим к отрицательному пункту.

Из публики выделяются актеры. Актерское искусство не имеет с университетом ничего общего, ибо актерское искусство, как и всякое искусство, – чистое искусство. Для актера не существует образования. Здесь своя символика. Для того немногого,   что   надо    выучить,    вполне   достаточна    профессиональная школа.

Несмотря на сказанное, занятие этим искусством будет у нас играть большую роль. Работник театра должен изучить это искусство до мельчайших подробностей, чтобы быть в состоянии его по-настоящему оценить. Это необходимо и директору, чтобы решить вопрос об ангажементе, и режиссеру, чтобы уметь «показать» на репетиции.

Тут мы подходим к роли человека, который [...].

Режиссер — это человек великого синтеза. Он должен уметь согласовать    требования    драматурга    с    требованиями    актера и публики. И режиссер, хотя он тоже является художником, должен научиться примирять требования драматурга, публики, актера, руководителя театра.

Можно сказать, что знание того, каким образом удовлетворить запросы публики, само по себе является искусством.

Гению это знание нужно лишь в минимальной степени, он сам равен целому университету.

Наука, которая рассматривает направление с точки зрения сцены [...].

Если драматургия рассматривается не как наука […].

Умение преобразовать драматургию в зримую картину [...].

Он должен уметь оценить все технические и художественные впечатления. Он должен быть научно подготовлен к выпол­нению своей задачи.

Музыка от зингшпиля до оперы [...].

Искусство   режиссера — это   научно   ориентированное    пространственное искусство.

Социология искусства.

Еще пару слов о задачах института. Прежде всего, мы должны потребовать, чтобы театроведческий институт имел право на самостоятельное существование. Франкфурт и Киль следует включить в «семинар по германистике».

Историк театра не должен учить все то, что обязан знать филолог-германист. С другой стороны, он должен знать то, что германисту учить не надо.

Хотя театроведческий институт и связан с «семинаром по германистике», излишне акцентируются занятия немецкой спецификой. Этого делать не следует.

Подобно тому, как в изобразительном искусстве нельзя изучать одного Дюрера, так и здесь, в интересах всеобщности театра, надо изучать и театр других стран.

Здесь возникает ряд возможностей для специализации:

Археология изучения античного театра.

Устремления английского и французского театров.

Наука об изобразительном искусстве в театре.

Музыкознание.

Национальная экономика.

Нам надо будет затребовать доцентов из технических высших школ.